Борис узнал жениха сразу. Месяц назад этот человек сидел у них под раковиной и просил не включать воду. Потом ещё два дня ждал оплаты: Борис сказал, что ему должны одобрить кредит. Теперь мастер стоял в прихожей с букетом для Лиды и тортом.
— Степан, — представился он, протягивая руку. — А мы с вами, кажется…
— Борис Аркадьевич, — перебил Борис и стиснул ему ладонь. — Проходи, раздевайся. Маш, тапочки человеку дай.
Маша наклонилась к обувной полке. Борис успел приложить палец к губам. Степан удивлённо поднял брови, но промолчал.
Лида вышла с кухни, вытирая руки. За жениха она пока не волновалась — волновалась за утку. Муж купил такую большую, что она едва влезла в духовку. Лида даже позвонила дочери уточнить, ест ли Степан мясо. Маша ответила: «Мам, он нормальный», — и почему-то рассердилась.
Нормальный человек оказался вежливым. Подарил цветы, спросил, куда поставить торт, снял часы, прежде чем мыть руки. Из ванной вышел с закатанными рукавами.
— У вас напор хороший стал? — спросил он Бориса.
— Нормально всё, — быстро ответил тот. — У нас вообще всё нормально. Садись.
Лида посмотрела на мужа. Он уже три дня ходил какой-то виноватый. Она решила, что опять купил что-нибудь для лодки: перед такими признаниями Борис обычно без просьбы выносил мусор.
За столом Маша села рядом со Степаном. Дочь в свои тридцать лет не нуждалась в материнском разрешении на брак, но этот обед назначила сама и попросила родителей обойтись без допроса.
Лида продержалась до салата.
— Работаешь ты где, Степан?
— Мам, я же рассказывала. В IT. Техническое обслуживание, — сказала Маша и потянулась за хлебом, хотя кусок уже лежал у неё на тарелке.
Степан медленно повернулся к ней.
— А ты что рассказывала?
Борис наклонил салатницу к жениху.
— С майонезом ешь? Тут домашний. Лида сама…
— Боря, майонез из пакета. Степан, ты где работаешь?
— Я сантехник. На себя работаю. Иногда с напарником, если объём большой.
Вилка дочери замерла над тарелкой. Лида посмотрела на неё, но та принялась разрезать огурец на совсем маленькие кусочки.
— И правильно, — сказал Борис с такой горячностью, что все обернулись. — Хороший мастер сейчас нужнее любого этого… приложения.
Он предложил Степану посмотреть балкон. Жених сказал, что с отоплением на балконе не работает. Борис пояснил, что там просто вид хороший.
— На гаражи? — спросила Лида.
— Там дальше лес.
— Там дальше второй ряд гаражей.
Маша неожиданно громко попросила мать помочь с уткой. Лида пошла на кухню, но, достав противень, вернулась за подставкой. Мужчины стояли возле приоткрытой балконной двери.
— Вы Маше только не говорите, — просил Борис. — Она думает, у нас всё в порядке. Кредит я сам выплачу.
— Какой кредит? — спросил Степан. — Она же вам каждый месяц переводит.
Лида остановилась. Подставка для горячего висела перед ней на крючке, но она её не взяла.
— Что переводит?
Степан обернулся на её голос. Борис с досадой потёр лоб.
— Лид, я тебе собирался сказать. По сантехнике не хватило немного, я занял.
— Я не про сантехнику. Степан, какие деньги она нам переводит?
Он переводил взгляд с Лиды на Бориса. Из кухни показалась Маша с прихватками в руках.
— Вы чего здесь? Всё остывает.
— Скажи, — обратилась к ней Лида. — Какие деньги ты нам переводишь?
Дочь побледнела так заметно, что Борис сразу шагнул к ней. Лида придержала его за локоть.
— Подожди.
Выяснилось, что они с Борисом давно живут почти на одну его зарплату. Лида якобы потеряла работу. Поэтому Маша каждый месяц отдаёт им двадцать пять тысяч, а Степан оплачивает общие расходы. За квартиру он платит сам — своя, но ещё в ипотеке. Про Машину помощь родителям знал с самого начала и даже не предлагал делить платежи пополам.
Лида слушала и не могла понять, почему дочь рассказывает о них как о незнакомых людях. Она ведь работала. В пятницу начальница уговаривала её выйти ещё и в субботу. Лида отказалась: готовилась к этому обеду.
— Мы ей переводим, — сказал Борис. — На съёмную квартиру.
Степан посмотрел на Машу.
— Какую съёмную?
Дочь скомкала прихватки. Лида забрала их у неё, положила на тумбочку. Очень хотелось занять чем-нибудь руки, и она принялась разглаживать плотную ткань с вышитыми петухами.
— Боря, сколько ты занял?
Семьдесят тысяч. В тот месяц дочери понадобилось не только за квартиру, но и залог: хозяйка будто бы решила поднять цену, пришлось срочно переезжать. На ремонт у Бориса уже ничего не осталось. Жену он тревожить не стал. Она и так последние полгода повторяла, что больше не может брать дополнительные смены. Он оформил кредит.
— Маш, ты же мне вещи показывала, — сказала Лида. — Мебель новую в квартире. Говорила, наконец хозяйка приличная.
— Мам…
— Ты нас к себе не звала. Мы думали, тебе стыдно, что сама пока не справляешься. Я ещё отцу сказала: не лезь, ей и так тяжело.
С кухни потянуло горелым. Лида вдруг вспомнила про утку и пошла выключать духовку. Маша двинулась следом, но мать попросила её остаться в комнате.
Утка подгорела с одного бока. Лида срезала чёрную корочку, потом ещё кусочек. Нож попал по кости и соскользнул. Она положила его на стол и прислонилась к холодильнику.
Никаких двадцати пяти тысяч из дочериных денег не существовало. Восемь месяцев они перечисляли их сами. Борис перестал обсуждать замену зимних колёс, она отказалась от поездки к сестре. Не бедствовали — просто считали, что пока важнее помочь Маше.
Дочь пришла сама. Осталась у двери.
— Я из агентства уволилась. Там невозможно было. Помнишь, я плакала каждый вечер?
Лида помнила. Тогда она сама сказала: уходи, найдёшь другую работу, не пропадём.
— Я думала, пару месяцев, — продолжила Маша. — Потом попробовала своё дело. С украшениями. Не пошло. А вы всё спрашивали, какая зарплата, когда повышение. Я уже всем сказала, что устроилась. Как было обратно объяснять?
— А Степану?
Дочь опустила голову.
— Он хотел, чтобы я немного передохнула. Сам предложил пока за всё платить. Но я сказала, что работаю из дома. Боялась, он подумает…
Лида ждала. Маша не закончила.
— Ты ведь его тоже обманула.
— Я знаю.
Из комнаты раздался голос Бориса: он звал жену. Степан стоял в прихожей, уже в ботинках. Маша быстро прошла мимо матери.
— Ты куда? Подожди. Мы же собирались…
— Маш, ты последние месяцы утром из дома уходила. Куда?
— В кафе сидела. Иногда в библиотеке. Искала работу, правда.
Степан молча надел куртку. Дочь потянулась поправить ему воротник, но он отстранился.
— Дай мне до вечера. Я сейчас не могу здесь сидеть.
Он попрощался с Лидой и Борисом, сказал спасибо за приглашение. Лида чуть не ответила привычное «приходите ещё», но вовремя прикусила язык. Когда дверь закрылась, Маша заплакала. Не громко, как в детстве, а коротко хватая воздух. Борис отвёл её в комнату и вернулся на кухню.
— Может, не надо было при нём?
Лида посмотрела на мужа. Он устало сел, отвёл глаза.
— Нет, ты права. Он же тоже…
Она подвинула к нему противень.
— Отрежь, пожалуйста. Я не могу больше с ней возиться.
Машу они накормили. Лида не знала, правильно ли это выглядит после всего, но дочь с утра ничего не ела. Она сидела в комнате с тарелкой и всё проверяла телефон. Степан пока не писал.
Перед уходом Маша попросила не переводить ей больше деньги. Лида ответила, что и не собиралась. Потом сама испугалась, как холодно прозвучал её голос, и положила руку дочери на плечо.
— Заезжай в воскресенье. Только без историй про работу, которой нет. Я уже не понимаю, что у тебя правда.
Маша кивнула, не поднимая глаз.
Вечером Борис принёс на кухню телефон и показал размер платежа по кредиту. Лида придвинула очки. Муж сел рядом, и они впервые за несколько месяцев посчитали, сколько им самим нужно на жизнь.
— С колёсами придётся подождать, — сказал он.
— Нет. С колёсами ждать нельзя. Машина у тебя каждый день.
Борис кивнул. Помолчал, потом предложил убрать утку в холодильник. Лида согласилась и пошла за контейнером. В комнате остался неразрезанный торт, который привёз Степан. Борис вынул его из коробки, взял нож.
— Тебе с ягодой?
Лида обычно отказывалась: ягоды оставляли Маше. Она посмотрела на верхушку торта, где лежала крупная клубника, и поставила перед мужем свою тарелку.
— Да. И себе отрежь нормальный кусок.
Литературная история. Персонажи и события вымышлены.
Как снова доверять взрослому ребёнку, если выяснилось, что ваша помощь была ему удобна, а не необходима?
Добавить комментарий